Алексей Баринский

-Добрый день, добрый день, добрый день, друзья! С вами Таисия Кудашкина и 148 эпизод подкаста Websarafan Show.

Вы давно просили нас рассказать об офлайновом бизнесе, а мы всегда держим обещания! Героем нашего подкаста стал Алексей Баринский, создатель сервиса по вывозу и реализации ненужных вещей Svalka.me.

Когда-то Алексей руководил каналом HORECA в British American Tobacco и был вице-президентом по инвестициям компании QIWI, а сейчас зарабатывает на содержимом балконов и антресолей. И безмерно кайфует от жизни. И такое тоже бывает!

Три года назад бизнес Алексея начался с личной проблемы: во время переезда нужно было избавиться от лишних вещей, той кучи хлама, которая осталась после того, когда все нужные вещи были упакованы. Прекрасно его понимаю, ведь сама сейчас тоже переезжаю, и даже не представляю, что делать с тем барахлом, которое не влезет в чемоданы.

Как Алексей решил проблему, которая вечно возникает в нашем эмигрантском мире, совсем скоро узнаете. Подкаст получился глубокий и по настоящему мясной, и уже разошёлся на цитаты в нашей группе. Ловите зёрна мудрости нашего гостя. А мы начинаем!

Привет, Алексей!

Привет, доброе утро!

— Алексей, первые восемь вопросов – это блиц, нужно отвечать, не думая. Поехали?

Ок, давай

— Скажи, в чем ты крут?

— Я очень крут в том, чтобы сделать так, чтобы вещи случались.

— Чем ты отличаешься от других?

— Ничем.

— Если спросить твоего друга, ответ будет другой?

— Чтобы спросить моего друга, вам надо найти моего друга. У меня их четыре. Один в Австралии, один на Крайнем Севере, один в Москве, а последний постоянно мотается где-то. Вам будет очень тяжело задать им этот вопрос. Но я в итоге думаю, что они скажут, что я чудовищный человек, отвратительный.

— Какие три слова тебя характеризуют?

— Упертый, любопытный. Как сказать, когда тебе наплевать на мнение окружающих? Это же не безразличный, как это называется? Вот эта важная штука. Наверно это главная черта.

— Что заставляет тебя вставать с кровати по утрам? От чего тебя прет, драйвит, что тащит вперед?

— Я хочу, чтобы свалка стоила миллиард долларов, что, приходя в офис, я каждый день себе говорю.

— Чего ты больше всего боишься?

— Змей.

— Кого ты фолловишь?

— Я не пользуюсь соцсетями. У меня нет ни Вконтакта, ни Фейсбука, ничего.

— О как круто! Ваще. Это ещё интереснее. Вообще никакой соцсети нет?

— Я не могу себя там найти. Я около двух недель пользовался Фейсбуком, но чуть не сошёл с ума и удалил всё.

— Как может человек, как ты не иметь соцсетей?

— Я считаю, что очень естественно не иметь соцсетей. Я уважаю потрясаюшее мужество людей, которые делают это каждый день.

— Можешь блоги какие-то читаешь?

— Нет, мимо меня прошло.

— Книги, блоги?

— Нет, ненавижу читать.

— Как ты употребляешь информацию?

— Когда мне какой-то предмет начинает быть интересен, я использую все способы. Например, живое общение. Сейчас все курсы лежат в открытом доступе, ты можешь зайти и посмотреть любую лекцию. Поэтому есть куча разных способов. Я очень не люблю, когда информацию сначала готовят, а потом мне дают, я люблю обратный процесс, когда у меня какая-то потребность в информации и я за ней иду. В этом смысле я Интернет использую очень широко.

— Что крутого ты уже дал этому миру?

— Я завел собаку из приюта и двух кошек с улицы. Я думаю, что это самая значительная часть вклада.

— Есть цитата или фраза, которая всегда с тобой?

— «Если сильно хаха, то будет много бо-бо». Наверно чаще других употребляю.

— Это что значит?

— Это значит «если сейчас…., то потом будет очень больно».

— И ты в это веришь?

— На 110%. Это что-то типа современной интерпретации кольца Солома, что все проходит и не надо лишком воодушевляться каким-то всплескам.

— Ок, на этом мы закончим наш блиц, можем просто разговаривать. Расскажи нам, пожалуйста, что у тебя за бизнес?

— Мы сейчас про свалку будем говорить, а свалка – это бизнес, в основе которого не лежит оригинальная идея. Идее 4500 лет. Идея заключается в том, чтобы давать вторую жизнь ненужным вещам. Предположение заключалось в том, что вещи, которые не нужны одному человеку, вполне себе нужны другому человеку. И когда у вас встала в полный рост проблема с переездом и с огромным количеством ненужных вещей, было огромная гора.

— Куда переезд?

— По работе на время в другую страну.

— Значит вам точно надо было от всего избавляться, потому что это тяжело тащить в другую страну.

— При чем это включая машину, мотоцикл и велосипед. Конечно, я смотрел на эту гору вещей в квартире и думал: блин, вот за любые бы деньги забрали, я бы обнял как родного. Представь ужас каждую эту штук сфоткать, выложить в Интернет, торговаться, рассказывать, как к тебе приехать.

— Я очень представляю, меня ожидает это.

— И я офигел от того, что в 21 веке нет сервиса, который этой проблемой бы занимался. Это же очень насущно. Как говорит мой друг: в нашем современном гиперсвязанном мире переездом и миграций очень много. Отсутствие этого сервиса – это какая-то странная фигня. При чем, что в моем детстве это было. В Союзе ребята ходили по дворам с колокольчиком и кричали: старье берем. Может что-то из слушателей их застал. И ми можно было один ботинок продать. По сути, мы занимается этим бизнесом. Мы забираем у людей ненужные им вещи, всю кучу – все, что лежит на балконе или где вам не нужно. Мы один раз приезжаем, забираем всю кучу без разбора, нам все равно, что в этой кучу лежит, выплачиваем небольшую премию за бережливость, за что, что вы не выкинули эти вещи. Дальше мы занимаемся сортировкой, обработкой, складированием и дальнейшей продажей. После того, как мы все продали, у нас особенность бизнеса заключается в том, что при таком подходе стоимость условного килограмма для меня 25 рублей, а продажная цена очень высокая, порядка 350 рублей сейчас. И эта маржа как на героине, либо ты хапуга, либо делишься. И мы решили делиться. Часть прибыли мы тратим на разные социальные штуки. Начиная от того, чтобы помочь тому, кому нужны сейчас деньги, заканчивая самостоятельными социальными проектами – помочь студентам фильм снять, или еще что-то.

— Вернемся к цифрам. Я услышала, что себестоимость килограмма, грубо говоря, этого барахла стоит 20 рублей. В эту сумму входит приезд, разбор, правильно?

— Да. В эту сумму входит все, до условного попадания этого килограмма в продажу.

— Как вы продаете? У вас свои шоу-румы?

— Хороший вопрос. Да, мы продаем через офлайн, у нас есть свои обычные магазины, у нас есть онлайн – сейчас это доски объявлений, соцсети, были робкие попытки делать свой интернет-магазин, но я что-то не готов пака. И мы продаем оптом. Мы продаем в секонд-хенд магазины одежду, в букинистические магазины – книги, в театры и кино – съемочный реквизит, костюмы. Куда продавать надо искать, конечно. В этом корень проблемы в нашем бизнесе.

— Большая часть куда уходит? Из тех четырех, которые ты назвал?

— Больше всего мы продаем через собственный офлайн магазин и поэтому сейчас это у нас целевая программа развития розничной сети.

— Значит ты за аренду платишь, у тебя куча продавцов, есть помещение, где ты разбираешь это барахло, правильно?

— Да, есть еще разные плазмаганы для обработки санитарной, которые распыляют подогретые химикаты. Есть еще водители, фургоны, есть еще юристы и бухгалтера. Куча народу, на самом деле. Когда брал, то думаешь об этом бизнесе, что забрал ненужные вещи, поковырялся дома, рассортировал, продал, наверно это тоже подход, но это не то, что мы делаем. Мы везем около 2,5 тонн каждый день. И в этих объемах другие совершенно подходы нужны.

— Давай про путь расскажем. Сначала, когда ты начал, ты решил: прикольно было бы попробовать. Т.е ты первый сам первую ходку и сделал: забрали, дома рассортировали? Как у тебя получилось?

— Нет, я же нормальный русский человек, когда я решился это делать, я ничего не делал и еще год ничего не делал. Мы больше года хотели и только головы друг другу полировали на тему, что «а круто было бы визитки с закругленными углами делать» и т.д. Нас было трое – я, Дима Муханов, мой друг, один из четырех друзей, и моя жена Ира Баринская. Мы втроем это запускали, это был 2014 год. Тогда как раз навернулось все здорово, доллар скаканул и как раз тогда пришла эта идея. В сентябре 2015 года мы первую машину вывезли. Вот что я хочу сказать – мы год ходили, очковали, открыто говоря, но, когда мы решили, это был такой суровый разговор с Димой на обеде. Вот тогда мы сказали: все, прошло около недели, и мы запустились.

— Вы долго запрягаете, но быстро едете?

— Да, не ясно в какую сторону, но едем быстро.

— Вот мне важно от тебя прям эмоцию услышать. Часто для начинающих предпринимателей, особенно с такой же историей как у тебя, когда сидим очень долго, прям идеей не можем разродиться. Правильно ли это с эмоцией – что тебя подтолкнуло, почему ты пошел и начал делать?

— Я чувствовал, что идея стала настолько навязчивой, что проще сделать, чем не делать. Она просто заколебала меня – в душе, на работе, по дороге с работы она меня преследовала. И в этот момент тебе проще сделать, облажаться и забыть, чем не делать. А фактически, я думаю, я был просто готов к этому. Я думаю, что все наступает тогда, когда надо, не надо это подгонять. Ты преступление совершаешь против своего бизнеса, если давишь слишком сильно. Потому что может рынок не готов, люди не готовы, ты сам не готов. Я точно был совершенно не готов, слава богу, что не стартанули в 2014 году.

-Тоже слышали? Алексей вместе с партнёрами больше года компостировали друг другу мозги и занимались откровенной фигнёй, вместо того, чтобы запустить свой проект. Вам это знакомо? У меня перед глазами опыт десятков предпринимателей, для которых первый шаг был самым сложным. В бизнес-клубе мы учимся выпускать свиней в мир — рисковать и проводить эксперименты. Для этого я лично провожу для участников установочные сессии, на которых вытаскиваю из них такие мощные бизнес-цели, которые пронимают просто мурашек.

Все участники клуба уже получили ссылку на мой мастер-класс по целеполаганию и часовую авторскую сессию на саммите «Разбуди свою силу» «Как ставить цели, которые выполняются». А ещё сессию моего любимого Филиппа Газенюка «Как преодолеть тупик на пути к цели» и записи целого бонусного дня с Павлом Колодяжным  «Как добиваться любых целей» и авторский подход к целеполаганию Ольги Скребейко «Другое планирование: душевные цели».

Но главное, можно сколько угодно слушать именитых спикеров, гуру и экспертов, но рано или поздно придётся сделать первый шаг к своей мечте. Другого пути для предпринимателей, увы, нет. Я знаю, как чертовски это тяжело. Но есть же решение — в бизнес-клубе Вебсарафана нет пустой болтовни — мы делаем то, что реально даёт результат. Мы вместе ставим и реализуем бизнес-цели. Заманчиво, правда? Тогда ловите участия на странице websarafan.ru/wbspodcast. Будем вместе добиваться целей!

— Тем не менее я знаю, и вот нам подсказывают в комментариях, Екатерина Александрова подсказывает, что читала год назад про Свалку и очень впечатлила скорость. Ты говоришь, что идея должна созреть. Когда ты уже начал, вы двигались очень быстро, правильно?

— Это правда, в тот момент есть одно простое объяснение. В отрасли говорят, что мастерства достичь очень легко, надо всего лишь 10000 жопочасов. Честно говоря, мы ровно по этой стратегии шли. Мы просыпались в начале шестого, будили остальных, разгребали заявки, потом ехали на основную работу, потом ехали на свалку, разгребали руками вещи и т.д. Мы хорошо потрудились. Первые четыре месяца я просто не помню.

— Аллегорическое название такое получилось. Бизнес у тебя называется свалкой и в жизни свалка получилась.

— Мы смеялись с этого. Мы сидели как-то, и я говорю: забавно получилось, мама мне говорили, что если будешь плохо учиться, то будешь работать на свалке. Институт я не закончил и теперь вещи в общем.

— Это потрясающе, тут народ ржет, повторяет за тобой слова. Юля пишет: 10000 жопочасов, запишу себе в сленг. Давай про деньги вернемся, интересно мне все-таки закончить эту историю про деньги. Я поняла и услышала примерно какие расходы на всю эту историю. Самую большую часть твоих расходов занимает что? Аренда или разбор всей этой хрени?

— У меня три статьи расходов основные, которые 85% всех расходов. Это фонд оплаты труда, включая какие-то аутсортные истории, контрактные обязательства и т.д., аренда и логистика.

— Логистика – это привезти-довезти?

— Логистика – это вывезти у человека, заплатить ему за бережливость и довезти до склада. Это не выкуп. Когда тебе дают 100 рублей за пакет твоих вещей – это не покупают, очевидно. Их изначальная цена не сравнимо выше. Мы просто пытаемся, что чувак, пойди себе купи лишнюю чашку кофе, потому что ты не выкинул их на помойку. Вот что мы хотим сделать.

— Давай про объем или масштабы, которые у тебя есть сейчас. 2 тонны в день на этой свалки и на эти 2 тонны какие у вас траты? Сколько аренда и логистика занимает?

— Это такие данные, которые плавают, я тебе могу усредненный месяц по году привести, просто чтобы было ощущение и у нас получится около 1,5 миллиона расходов по месяцу, которые разделятся на зарплату, премии, аренду, логистику, как я говорил. И будет еще часть каких-то накладных расходов, переменных расходов и всегда есть магические 200 тысяч, которые куда-то деваются. Не то, что мы их не можем посчитать, не об этом речь. Я за то, что то крыша протечет, то сломается что-то, все время такая фигня. Не было еще ни одного месяца за эти 38 месяцев работы, чтобы не было эти денег, которые уходят на какую-то неожиданную историю. А в части доходов я бы сказал, что, наверное, что больше 2 миллионов мы зарабатываем в офлайн и от месяца к месяцу, в зависимости где у нас фокус, мы зарабатываем то больше в интернете, то в опте, то на каких-то выездных маркетах. Мы очень много экспериментировали, не думали вкладываться в модель, может поэтому постоянно есть эти 200 тысяч, потому что экспериментируем.

— Давай с цифрами. Смотри, если брать по году средний месяц, то если мы выручаем 2 с чем-то миллиона рублей, наверно 2 600 в среднем получится.  В год у нас был 31 миллион. Давай разделим на 12, я думаю где-то 2,6 и получится.

Из них 1,5 уходит на расходы. Это просто прямые расходы, которые мы каждый месяц несем. Частично есть вот эти непредвиденные расходы, как правило это около 200 тысяч. Остальное – это чистая прибыль. Вот с этой чистой прибыли мы делимся с благотворителями, социальными организациями и т.д. Если ее предметно разбивать, то у нас тоже в разные годы по-разному было. Прошлый год самый репрезентативный, потому что календарный, мы больше работали с Добро. Мейл. Ру. Мы отдали, наверное, тысяч 300-400, просто прямыми пожертвованиями, нужно посмотреть точную статистику. Это такая долгоиграющая программа, мы с первого года с ребятами сотрудничали и отдавали туда значительную часть денег, которую собирались потратить на социальные проекты. И еще часть денег шла на министерство счастья, но это внутреннее название. На такие проекты, как типа студентам нужно снять мультик, поучаствовать в каком-нибудь фестивале. Или какие-то организации, которые помогают собачим приютам. И, например, мы помогаем им обустроить какой-нибудь собачий приют, так как у нас есть куча мебели, вещей и всего такого. Эти возможности мы тоже используем. Честно говоря, бухгалтерия меня никогда детально не интересовала. Я объяснил, да? И что-то зарабатывал я сам, Ира и другие партнеры.

— Давай с тобой вот про что поговорим, я услышала про цифры, это интересно. А вот про благотворительность. Скажи мне подноготную, какие твои внутренние ощущения? Зачем ты это делаешь? Тебе это зачем?

— Очень просто. Смотри, если ты оставляешь себе все 100% прибыли в моем бизнесе, значит ты имеешь 1000х маржи. Это слишком до фига, ты будешь барыгой, тебя будут хотеть отжимать все твои контрагенты, к тебе будет хотеть работать определенный тип сотрудников и т.д. Это бизнес, которым надо уметь заниматься. Это первая причина. А вторая – мы сидели с Иркой и с Димой и обсуждали самые первые дни, и мы говорили о том, что мы либо научимся условно продавать миллион тонн в секунду, либо мы останемся одним магазином, таким местечковым проектом. И нам нужно, чтобы нам было дискомфортно, чтобы была низкая маржа, которая толкала бы нам растить объемы. Поэтому нас нельзя становиться ленивыми.

— Т.е ты как «Антихрупкости», если ты эту книгу читал, ты засовываешь себя в такие условия, чтобы твой уровень сопротивления увеличивался, правильно?

— Конечно, а зачем люди на бокс ходят или танцы, или живописи учится? Конечно, чтобы стать лучше, чем были. Так же и в бизнесе, надо заходить в какие-то зоны дискомфорта, чтобы быть сильнее.

— Получается три года этому бизнесу. Расскажи мне про эти эксперименты, которых было очень много, про бизнес-модель, что вы делали, как экспериментировали?

— Много. Мы же когда начали этим бизнесом заниматься, а я же инвестиционный президент, мой партнер, Димка, айтивец- президент, мой жена маркетолог. Мы были настолько далеки от б/ушных вещей, насколько это можно себе представить.

— На понтах…

— Нет, не на понтах, мы просто ничего об этом не знали. Я знал, что в 90-х были секонд-хенды, но я не знал, что они живы до сих пор, вот об это речь. Какие понты? Это не реклама, но компания «Киа» — это нестандартная компания. И тот опыт – это невероятный опыт. И я понимаю, что для общения с бизнес-средой, тебе нужны понятные ярлыки на людях, на мне был ярлык «вице-президент по инвестициям». Но это не определяло никакую элитарность. У нашего гендиректора кабинета даже не было, даже рабочего места не было. Понимаешь, 1000 человек сидело в офисе, а он сидел где получится с ноутбуком. Нет, это вообще не про понты.  И мы не знали ничего вообще и решили: ну давай займемся. За неделю потратили все деньги, что у нас были, потому что накосячили везде, где только можно было. Вот как, например, мы зарплату могли людям выдавать? Мы не знаем, чем мы вообще занимаемся. Склад для сортировки вещей. Не знаем, кого вообще на работу зовем. Сколько платить? Не понятно. Сколько газель должна стоить с учетом нашей специфики? Не понятно. Зато у нас был склад на ЗЛК, 350 км2, который был полностью забит вещами.

— Вы все это время собирали барахло, собрали в кучу и у вас закончилось бабло.

— И мы не имели понятия, что с этим делать, я тебе серьезно говорю. Изначальное предположение, которое в основе всего лежало, но заключалось в построении в2в- сервиса, прослойки между население, собирать у населения вещи, а потом, не знаю, продавать каким-то… Ужас, я сейчас как вспомню, уровень подготовки хуже, чем у старшеклассников.

— мы все с чего-то начинали. В2в ты имел ввиду на переработку, что ли?

— Например, да. С какими-то мусороперерабатывающими заводами. Мы попытались сунуться, но поняли, что не получится, продать-то можно, но это будет бизнес в стиле «продаю рубль за 80 копеек».

— У меня тоже похожая история на Сарафане, когда мы два года делали больше 15 экспериментов. Что мы только не пытались продавать на Сарафане, потому что не знали, что купят. И у нас у многих предпринимателей такая история, правда? Ок, ты остался с этим барахлом, 350 квадратов, до потолка забито.

Мы, слава богу, что мы. Если бы не Дима, если бы не Ира, то ничего, я бы закрыл это на ключ, поджег, наверное, и сам бы в огне сгорел. И мы стояли на это смотрели. Я хорошо помню, это была суббота, потому что я с утра поехал на свалку, а не на работу. Я припарковался, открываю ворота нашего склада, а там такие ходочки для людей. А все остальное – костыли, диваны, шкафы, телевизоры. И сотрудница одна говорит: слушайте, а давайте сделаем просто барахолку. А что такое барахолка? Это когда в одном месте собирают кучу старых вещей, приводят их в порядок и просто приглашают людей. А кто на такое придет? Она говорит: ну вообще люди на такое ходят. Я говорю: ну давай попробуем, почему нет? Мы попробовали и это был полный провал. Мы заработали за выходные 40000 рублей. Я сидел, мне было так плохо, думаю: ну все, приплыли.

— Были люди, они приходили, но при этом так мало получилось?

— Да, при этом моя жена-маркетолог сделала невероятное чудо, она запустила нас с одного поста на Фейсбуке. Это же просто чудо. Потом все задавали нам вопросы и пытались вывести нас на чистую воду, типа: давай, расскажи, какое агентство, сколько отдали и т.д.? Это сделала Ира в одно лицо просто вечером после работы.

— А что там было?

— Там была какая-то от души написанная история про то, как мы сами к этому пришли, смотрите что вышло и если вдруг вам это окажется полезным, то круто. Мы же не думали, что это бизнес будет, когда она пост писала. Я тебе могу рассказать, это было забавно. Мы, когда решили, что запускаем, то подумали о том, как люди бизнес-то делают. Ну у бизнеса должен быть сайт. Мы сделали сайт. И у бизнеса должен быть телефон. Поэтому мы купили сим-карту и мобильный телефон. Все, бизнес готов. Теперь надо же бизнес как-то запускать. Как запускать бизнес? Что мне, контекстную рекламу дать в Яндекс, что мне сделать, чтобы бизнес запустить? Димон говорит: давай в соцсетях напишем пост. Я говорю: у тебя есть? Нет, а у тебя? Тоже нет. Я говорю: у меня у жены есть, она же работает в этой сфере. Вот так это все было. И когда она писала пост, я говорю: Ир, напиши так, чтоб нам была возможность проверить человека, хотели бы десять коробочек вывезти, чтобы посмотреть, что дальше. Она говорит: да, все понятно. И мы нашли человека, дали ему купленный мобильный телефон и сказали: Дима, может быть на него позвонят, может быть не позвонят, но если позвонят, то тебе надо будет съездить, забрать пару коробочек, привезти ко мне в гараж. Вот как мы думали это будет. И когда Ира написала пост, я хорошо помню, мы с Суханычем чатились и спорили, сколько будет лайков, репостов и всего такого. Я упирался, что будет 12, а он упирался, что будет 200, а в итоге оказалось 4000 репостов и первая тысяча заявок на вывоз. Ты можешь себе представить как это много? Вот ты сейчас переезжаешь, ты же понимаешь, о чем идет речь? О какой горе?

— Получается в тот момент вы продумали только одну часть – как забрать. Понятно, что спрос на отдать есть. Но вот вторая часть – как зарабатывать, она была для вас совершенно неочевидна, да?

Она была неочевидна и это было сделано намеренно. Я буду упираться, пока не найдется бизнес-планер, который меня не разубедит, я буду считать, что бизнес-планинг, ну я даже не знаю, насколько это менее нужная функция. Особенно для стартующего бизнеса. Поэтому мы сознательно это делали.

— Т.е планов не было? Получается, ты осознанно, понимая, что … друзья, смотрите, какие важные, очень-очень нужные вещи нам говорит Алексей. Говорит он нам про то, что на старте, на начальном этапе, когда мы с вами проверяем гипотезы, когда мы пытаемся найти свою бизнес-модель, важно ничего не планировать. Он осознанно пришел к истории о том, что все равно это не сработает. Все, что бы я там не напланировал, в любом случае не сработает, поэтому мы будем просто течь. Правильно, это твоя такая история была?

Не совсем течь, я хотел ввязаться в драку, а в драке я был настроен только побеждать. Как логика развивалась? У меня было 600000 рублей, которыми я готов был рискнуть. Я с собой договорился так – пока я трачу эти деньги, я должен найти способ зарабатывать. Вот такая была логика. Это не было так, что вот есть способ зарабатывать и чтоб его осуществить, мне надо 600000 рублей. Я чувствовал, что в этом есть какая-то потенция бизнесовая и что-то можно из этого сварить, и мне казалось, что у нас очень удачная команда и я уверен был, что три талантливых, активных чувака точно найдут какой-то способ.

— Выяснилось, что вы потратили эти 600000, сидите в свалке этой.

— Еще и Димкины. Да, и вот сидим мы с этой барахолкой, которая не полетела. Но у нас все равно не было лучшей идеи, чем барахолка. Поэтому мы решили следующие выходные еще одну провести барахолку. И вот она принесла нам 350000.

— А что изменилось?

— Изменили все, честно говоря. Мы первую сделали так, как нам казалось правильно. Понимаешь, три чувака, которые никогда не были на барахолке, решили сделать барахолку? И у нас там был ди-джей, шампанское, домашняя выпечка. Оказалось, что это никому не надо, кроме нас. Но мы отлично попили шампанское и все такое. А следующая была вообще другая, нам казалось, что надо как в магазине – большие проходы, на полочках все аккуратненько и все такое. А потом сделали все наоборот. Мы просто взяли все вещи, которые у нас были и выгребли в зал. И это прям полетело. Мы всего пару раз делали такие выручки, как в те первые барахолки, это был просто бум. И с тех пор стало гораздо легче.

— И пока вы решили сконцентрироваться на истории с барахолкой. Делать раз в неделю такие истории, где собирать людей и продавать в розницу, правильно?

— Верно. Тогда у нас не было идеи лучше, и мы просто сохранили по субботам эти барахолки. Потом нам стали жаловаться про то, что только в субботу. Мы спросили: ну а когда вы еще хотите? В среду. Ну ладно. И мы стали работать в среду и субботу. Получалось так, что два дня мы готовимся – барахолка, два дня готовимся – барахолка, выходной.

— и ты еще работал в Киа при этом?

— Да, я еще работал в Киа при этом. Это было очень круто, насыщенно.

— Не было такого несоответствия в голове, типа: блин, я работаю в классной компании, при этом разгребаю чужое дерьмо, прости, по кучкам, пытаясь его продать? Не было такой истории в голове? Не надоело, не опускались руки?

— Ни на секунду не было такого. Мне это было ужасно интересно. Мне было интересно и на выезды ездить, и на кассе стоять, и разгребать на складе, двор подметать. Мне все интересно. Честно говоря, если ты в магазин наш зайдешь, там многое моими руками сделано, в том смысле, что многие стены мной покрашены или мебель сделана. В этом, наоборот, офигеть сколько кайфа. Такой простой труд, не требующий серьезного интеллектуального вовлечения – это офигительный отпуск. Так хорошо тебя переключает, проветривает голову.

— Ты говорил в трех своих качествах, что ты любопытный и сейчас я слышу отголосок этой истории, что тебе все любопытно. Это твоя органическая история или ты культивируешь ее в себе? То, что тебе не все равно и ты лезешь везде. Всегда так или ты осознанно к этому шел?

— Я думаю, что самый большой вклад в это сделала моя мама. Она с детства очень многое вкладывала в то, чтобы рассказывать мне какие-то интересные истории, интересные игры. Я думаю, в этом есть ее серьезная заслуга. Еще я думаю, отец сыграл свою серьезную роль, потому что в шесть или семь лет у него была секретарь, которая говорила на английском, ей нечего было делать и она разговаривала со мной. Поэтому в семь или восемь лет я уже сносно говорил на английском. А владея английским тебе доступен мир. Дальше уже все само получилось.

— Когда у тебя разошлось? Когда ты понял, что тебе пора заниматься только этой историей? Сколько прошло времени? В смысле ты ушел из Киа или ты до сих пор там работаешь?

— Нет, я там не работаю. Год назад, в сентябре-ноябре 2017 года я понял, что мне нужно уходить, поговорил с боссом и в феврале я уволился.

— А до этого они знали, что ты этим занимаешься?

— Да, конечно. Сложно было не знать. Конечно, ржали.  Я знаю, что многих расстраивало то, что раз мы там успешны, значит мы в компании не успешны. Многие люди меня недолюбливают, поэтому им это было неприятно видеть, что Форбс про нас выходит, например. Приятнее думать, что мы заплатили за эту статью.

— А почему тебя недолюбливают?

— Я вообще не обтекаемый. У меня много конфликтов было, я в этих конфликтах предельно честен, и если я считаю, что человек от говна не отличается, то я ему так и говорю, даже несмотря на то, что он вице-президент крупной IT-компании. Я неуютный, неудобный человек. И к тому же, очень нетерпимый к людям. Я очень старательно ограничиваю круг своего общения.

— Ты этим гордишься?

— Нет, конечно. Чем тут гордиться? Это же просто черта характера такая. Ни гордости, ни стыда не может быть. Это просто то, какой ты.

— Расскажи нам историю какую-нибудь. Просто приведи пример этой нетерпимости. Про то, как ты с кем-то поссорился из-за чего-нибудь.

— Легко. Это был взрослый уже дядька, наверно это меня больше всего и выкосило. Он был седой, пожил жизнь и должен уже плохое от хорошего отличать. Но он себя вел так, что одну моему сотруднику договорился, одним словом, выступить единым фронтом на одном большом собрании, выступить с противоречивой темой. В итоге они на это собрание пришли, мой друг выступил, а он – нет. Как это назвать? Наверно, кто-то назовет политиканством, а мне кажется, что это просто говдонство. Вот я ему так ровно и сказал, что … Он мне сказал: ты такой противоречивый, всегда правду говоришь, вот от тебя фидбек будет полным. А я ему сказал, что для того, чтобы дать ему фидбек мне нужно хотеть его развития, а мне насколько наплевать, что я считаю, что ты гнида и, честно говоря, если бы не социальный этикет, я бы и не здоровался с тобой. И на этом мы разошлись. Знаешь, я не знаю, как назвать, я не разделяю профессиональную жизнь и личную, у меня все всегда в лобешник и это очень неприятно. В нашем мире, когда мы привыкли, что только хорошая часть нас видно в Инстаграмах и Фейсбуках и т.д., когда ты сталкиваешься с чем-то таким, это очень напрягает.

— Я знаю, читала информацию, что был какой-то взрыв, хайп, пиар в начале, но были ситуации в прошлом году, что начинало кровить все это, одно дело, когда все круто в статьях, а другое дело, когда бизнес начинает кровить. И ты потерял большую часть команды, или всю команду, и начал ее заново. Это связано с твоей нетерпимостью?

— На 110% я думаю. Смотри, в первый раз всю команду целиком, вместе с помещением, вещами, машинами, покидал через полгода, потому что это отдельная такая штука. У нас был еще один партнер на самом деле, и он должен был отвечать за операционное управление, кассы, сейфы, все эти процедуры. Я тебе говорил, что четыре месяца очень быстро пролетели. Через четыре месяца я выныриваю, смотрю по сторонам и понимаю, что вообще не похоже на то, что я задумывал. У нас есть журнал учета рабочего времени и есть ключ от склада у одного человека. Я понял, что четыре месяца спотыкаюсь об один и тот же предмет, я говорю: что это? Это медицинский очиститель воздуха, он очень дорогой, поэтому ждет своего покупателя. И тут меня рвануло, откуда у нас вообще могут быть дорогие вещи? Мы должны продавать миллион тонн в секунду, к этому стремиться. Я так разозлился. Мы два месяца пытались договориться, давали шанс, понимали, что ничего не изменилось. Через два месяца я говорю: все, давай расставаться, я хочу, чтоб ты ушел. Он говорит: я не хочу уходить. Тогда я уйду, говорю, ты же мне не можешь запретить. Я, Димка, Ира, еще четыре человека —  мы встали и ушли, оставили склад, вещи, остатки команды и все такое. И начали заново.

— Ты туда уже вложил свое бабло…

— да, но мы уже тогда что-то зарабатывали, а во-вторых, Рома по себестоимости за эти вещи заплатил. Это была честная сделка.

— Было стремно?

— Нет, вообще не стремно. Это как вырваться из плохих отношений, вот у тебя отношения с парнем или девушкой, и они тебя делают несчастным, но ты себе в этом не признаешься долго, потому что хочешь стабильности, или потому что мама сказала, что замужем надо. И ты тянешь, и тянешь, и в какой-то момент ты говоришь: в жопу тебя. И что ты в этот момент испытываешь? Тебе, конечно, грустно, что ты время потратил, тебе тяжело и страшно, но больше всего ты чувствуешь радость, и я чувствовал радость в тот момент.

— А то, что он остался с твоим бизнесом, он стал по факту твоим конкурентом?

— Да, правда. До сих пор они работают.

— Но концепт другой?

— Один в один, как и у нас. Точнее, как мы три года назад. Я не видел, чтоб они сильно развились с тех пор, но по крайней мере то, что мы тогда делали, они до сих пор делают.

— А чем ты отличаешься сейчас от того, что было три года назад?

— Мы бизнес, а то всего лишь кучка людей, которые разгребают вещи. Нас можно масштабировать, а их – нет. Мы можем взять нового сотрудника, дать ему инструкции и через два дня он начнет так же слаженно работать в этом конвейере. Много чего. Наши головы же у них не остались.

— Круто, расскажи про эту трансформацию. Мы начали  с того, что вы стали делать барахолки. Расскажи мне еще про этот спад, почему так было плохо, что у тебя случилось?

— Травма случилась. Мы имели последствия в этом году, 17-18 было тяжело, а началось все в 2016 на самом деле, когда мы очень хотели попасть в парк Горького. Нам казалось, что это лучшее место для нашего магазина. И тут такая возможность представилась. Помещение под мостом, рядом с автомойкой сдавалось, и, конечно, я за это уцепился. И оно нам не подходило ужасно. С самого начала было понятно, что нам здесь будет невероятно тяжело. Оно было втрое меньше, чем то, к чему мы привыкли, но больше мы себе не могли позволить по деньгам. Но я все равно уперся рогами и переехал туда. И там начались все проблемы, их стало слишком много. Мы туда просто не влезали и это вызывало огромное количество проблем, от недовольства администрации до того, что не успевали барахолки проводить. Это так требовало моего погружения, что я ужасно испортил отношения с кучей народу, потому что я только работал и больше ничего не делал.

— Интересно тут покопаться. Получается, правильно я тебя понимаю, из-за того, что физически было тяжело, у тебя кончился внутренний ресурс?

— Нет, вообще не так. Вот смотри – то, что у тебя есть, это, условно, 100%, ты можешь 80% потратить на общение с людьми и 20% на работу, а можешь наоборот. Вот в моем случае было наоборот. 80% времени я был на работе и оставшиеся 20 мне просто спать хотелось. Я фокапил задачи, иногда не успевал отвечать на почту и телефон. Короче, задница была. И все равно не удалось, что самое ужасное. Все равно в какой-то момент администрация подошла и сказала: ребята, извините, в таком виде это быть здесь не может. Я не знал, что после этого делать. И с этого была спираль серьезная вниз, я начал сомневаться в себе, что я могу, я начал боятся вещей, которых раньше не боялся. Например, есть у нас 30000 выручки каждый день, она нас не устраивает, так как даже отбиваться не позволяет, но я боюсь вмешиваться, так как хоть 30000 у нас есть, вот в чем дело. Вроде бы и надо взять и провести в субботу клевую активность, а я думаю: а может я вмешаюсь и мы и этого не заработаем. И самое дно – это был май этого года, мы сидели, и я думал: все, не поднимусь. Я это так ярко помню. Мы сидели с Ирой, и я говорю, что ты поймешь, если я сейчас закрою магазин на ключ и мы просто уедем на пару месяцев куда-нибудь подальше? Она говорит: конечно, да. И потребовалось даже не волевое усилие, у меня к тому моменту даже воли не осталось. Это было просто вредность. Я даже умирать буду – буду лежать в направлении врага, понимаешь? Мы поговорили и решили закрыть магазин на ключ. Я сходил покурить, хотя не курю, и подумал: да идите вы все в жопу, сейчас я вас всех тут размотаю. И все нормально.

— И в это время ты уже не работал в компании, и финансовая поддержка закончилась?

— Нет.

— Это было то, на что ты поставил свои ставки7

— да. С одной стороны ты суперправа, я много зарабатывал, у меня была высокая зарплата, а с другой стороны это было не очень важно. Ведь я всегда к деньгам относился очень спокойно. У меня никогда не было запроса на дорогие игрушки. Хотя у меня дорогое хобби – я вожу самолет. Но не настолько дорогое, чтоб душу дьявол продать. Трачу около 100 000 в месяц в хорошие годы и около 20 —  плохие. У меня никогда не было запроса на лакшери премиум. Мне всегда нравилось такое нищенское советское детство, и мне кажется, сознательную жизнь я все время пытаюсь в это вернуться. Было стрессово в том, что я не привык смотреть на то, что сколько стоит, это правда. Я просто шел в магазин и покупал то, что нам нужно было. А в тот момент пришлось смотреть, и было конкретно два месяца очень суровых, когда помимо этой ситуации прилетело еще две финансовые нагрузки. Ничего страшного, я считаю, что такая финансовая физкультура, когда ты перемещаешься в своем состоянии туда и обратно, очень оздоравливает.

— Ты считаешь, что эта раскачка – это не есть плохо. Леша, скажи, пожалуйста, для предпринимателей, которые нас сейчас слушают, если сейчас тебя спросить – а что бы ты сделал по-другому, чтоб этой жопы не было, есть у тебя ответ?

— Обязательно нужна жопа. Друзья не бойтесь, не надо бояться. Единственное, что я бы сделал по-другому – это не так сильно переживал, что жопа происходит. Жопа – это чудесный период. Во-первых, у тебя все чувства обострены. Я давно увлекаюсь боксом, примерно с первого курса, так вот в спарринге у тебя нет других проблем, нет налоговой или еще с чем-то, тебе по хлебалу бьют. И здесь тоже самое, в моменты, когда у тебя жопа, вся та шелуха, которая тревожит тебя в обычной жизни, она перестает иметь значение.  И у тебя здорово получается сосредоточится на том, что важно. Это очень крутые периоды, которые потом рост дают, как минимум внутренний, как максимум человек может и снаружи получится. Поэтому просто не надо боятся.

— Я так поняла и кто-то тут нам подсказывает из наших слушателей, что было вот это выгорание. Как себя вытаскать из этого выгорания? Как не подымать лапки вверх и все?

Мне помогает, как ни странно, прогулка. Вот как только я чувствую, что не доволен тем, чем я занимаюсь, я встаю и иду далеко. И когда я устаю, то ловлю такси до дома. Ин разу не было такого, что я с прогулки пришел без решения. Мне кажется, что любой способ переключится на любую деятельность будет успешен. Как только ты отделяешь себя от той ситуации, как только ты на ситуацию смотришь отстраненно, решение находится с легкостью, потому что они всегда простые. Но до тех пор, пока ты не можешь выбраться из ситуации, находишься в ней глубоко, то тяжело.

— И не надо миллионы тратить на Канары, важно просто натянуть штаны и выйти на улицу.

— Я тебе могу сказать, что по-настоящему клевые вещи почти никогда не стоят денег. Это почти всегда бесплатно или около бесплатно. То, что ты покупаешь за бабки – это скорее для устранения какого-то следствия. Условно говоря, у тебя плохие отношения со второй половиной, и ты идешь на шоппинг, чтоб как-то это в себе залечить, и ты думаешь: о, какое клевое у меня настроение, все теперь хорошо. Это же фикция, ты же понимаешь, что это мнимое состояние. Вот для того, чтобы лечить следствия, такие как это, деньги очень хорошо подходят. Ты можешь ездить в отпуск, покупать себе разные штуки, можешь заставлять других людей делать то, что тебе хочется. Мы видим это вокруг себя в новостях как это проявляют другие люди. Если по-настоящему с этим разобраться, то это будет или бесплатно, или почти бесплатно.

— Потрясающе ты рассказываешь, спасибо тебе большое. Я только за бизнес хотела спросить – а как с франшизами? Что там у тебя случилось, почему не получилось выстроить вот эту историю?

— Тут у нас фокапа не было, это была запланированная тема. Мы точно хотим строить региональную сеть, хотим быть в каждом городе и нам был нужен способ как это сделать. Я не люблю такие лобовые решения – надо запустить бизнес, пойди купи рекламы, надо построить сеть, значит открой сеть магазинов. Мне нравится быть умнее, чем это. И нам нужен был способ, который бы пер и с другой стороны был легким, масштабируемым. И мы запустили 11 разных концепций в разных регионах Москвы с тем, чтобы протестировать эти модели.

— Расскажи, это же классно.

— У нас было много городов, это был Питер, Саратов, Томск, Красноярск, Ростов, Екатеринбург, много. Это были разные города, с разной демографией. Мы смотрели на себестоимость, на цены, по которым люди продают и т.д.

— А скажи для нас, непонимающих, что такое запустили? Вы нашли человека в регионе, который сделал что?

— Который сделал свалку. Это похоже на франшизу, единственно, что мы не давали железобетонный талмуд, который надо было исполнять. Нам, наоборот, хотело собирать обратную связь с полей, поэтому у них было то, как мы делаем, и вы можете сделать так же, можете сделать по-своему, только рассказывайте, что у вас получается.

— Вот интересно для тех людей, которые только думают про франшизу. Как вы это сделали? Как вы нашли этих людей и как вы с ними выстраивали отношения, чтобы они захотели это сделать вместо вас?

— Мы никак не искали, это были все входящие. Все 11. И мы никак не продавали, мы просто приглашали в гости. И они смотрели на все, как происходит и говорили: блин, я хочу так же себе. Ты еще не была  нас в гостях, но надеюсь доедешь. Это самый лучший бизнес в мире, для меня, по крайней мере. Клиенты, которые доверяют нам свои деньги – это единственная причина, по которой я не сломался. В те моменты, когда все хреново, кто-нибудь из них подходит к тебе и говорит: Алексей, вы тут стену сделали и теперь сортиром больше не воняет, так здорово. И ты думаешь: господи, спасибо тебе большое, какой ты хороший человек. Я всё понимаю, как это ужасно звучит, но этот хлопок по плечу. Его не надо продавать.

-А-а-а-а, пронимает до мурашек, правда? Для нас тоже очень важно слышать слова благодарности наших слушателей. Друзья, если вы вместе со мной кайфуете с этого подкаста, то прямо сейчас зайдите в приложение «Подкасты» и оставьте там свой отзыв. Ваша обратная связь мотивирует команду из 6 человек записывать эти выпуски и делиться ими со всем миром.

— Значит партнеры пришли, посмотрели, захотели делать так же в других городах. Какой результат эксперимента вы получили?

— Результат мы зафиксировали… я не хочу делать рекламу, говорить, что мы сейчас запускаем партнерскую программу, основанную на этих результатах. Результатом стала сформированная финмодель, мы сейчас строим партнерскую сеть. Честно говоря, это первый раз, когда я публично об этом говорю, до этого все было кулуарно. Мы много чего за эти 11 попыток поняли. Например, что не надо никому делать свалку целиком, это очень тяжело и не надо. Кому-то надо заниматься вывозом и сортировкой, оптовой продажей, кому-то магазином. Мы сделали как у итальянской мафии, у них очень крутая структура. Есть семья, во главе которой есть босс, под ним есть капитаны, под капитанами есть лейтенанты, под лейтенантами есть бойцы. Мы сделали ровно точно так же. У нас есть капитаны, которые отвечают за область, они занимаются сбором и сортировкой вещей, и доставляют эти вещи в магазины, которыми владеют лейтенанты, которые занимаются управлением магазинов, у них свой доход, на которых работают бойцы, которые осуществляют прямые продажи. Мы не хотели делать на серьезных щах историю, нам хотелось, чтобы было клево.

— Вы сначала ищите капитана, человека, который готов собирать вещи и привозить их?

— Да, если честно, я не помню, если ли у нас регионы без потенциальных капитанов, потому что у нас много входящих заявок именно на эту работу.

— Как ты думаешь, почему люди хотят это делать, почему им нравится эта история? Это ближе к земле, к рукам, к чему-то настоящему?

— Давай с другой стороны подумаем, вот есть у тебя 100000 накопленных денег. Что ты хочешь сними сделать? Ларек открыть, в такси пойти? Какие у тебя другие опции?  У этого дела хотя бы есть смысл, оно приятное. Мне кажется, мы очень конкурентно способны. Строго говоря, мы, когда думали эту партнерку запускать, и думали с какими СМИ поговорить, я подумал, что у нас основная коммуникация будет через убер. Я же сколько ездил на такси, они же все предприниматели, 80% говорили, что они что-то пробовали и у них не получилось и сейчас период, когда они в поиске.

ВРЕЗКА МАГНИТ: Подробная презентация партнёрской программы Свалки ждёт вас на странице blog.websarafan.ru/podcast148. Посмотрите, как можно масштабировать офлайн-бизнес, который кажется не поддается расширению. И мотайте на ус! А мы поскакали дальше.

— Давай еще поговорим про жизненный баланс, буквально пару вопросов. Есть у тебя какая-то привычка, которой ты атрибутируешь большую часть своего успеха? Такая клевая твоя привычка, которая тебе по жизни часто помогает.

— Да, есть. Не пользоваться головой при принятии решений. Если решение укладывается в рамки логики – это значит она не уникальна, а во-вторых, не является истинной, это просто способ заткнуть следствие. Настоящие решения принимаются не головой. Если объяснить, как это работает – я просто представляю себя в одной ситуации и прислушиваюсь к себе. Если у меня в этот момент комфорт, то это правильное решение. Если дискомфорт, то значит оно не правильное.

— И по поводу бизнеса точно так же?

— Абсолютно точно так же. Миллион раз я шел против логики. Например, один раз мы уже договорились, руки пожали прям, что я арендую помещение, план уже составили и потом вдруг я чувствую, что не должно быть так. И для нас это было тяжелое решение, но я думаю, что оно было правильное.

— Ты один такой интуит в вашей команде?

— Я не знаю, как другие принимают решение. Работа – это неотъемлемая часть жизни, и если ты принимаешь решения, которые с тобой конфликтуют, то ты 8 часом минимум в день проводишь в дерьме, в среде, которая враждебна по отношению к тебе, и ты сам этого добился. Поэтому, конечно, решения нужно принимать так.

— Потрясающе, если нужно принять решение, вы находитесь на развилке, прислушайтесь к своему внутреннему и даже если есть аргументы, но вам не хочется туда идти, то не надо идти, просто потому что где вам не хочется, там некомфортно жить.

— Слушай, я думаю, что я не готов никому давать советов вообще, тем более такой. Но для меня это работает так.

— Понятно, что мы говорим про твой опыт. У меня тоже часто такие истории бывают. Интересно, что у меня бойфренд супер рациональный и супер логик, и мы не очень давно вместе и у меня идет внутренне такое – вау, а он говорит: а вот это, вот это, не надо этого делать.

— Я думаю, что если ты решила прожить жизнь так, как считает бойфренд, то это отличное решение. Но если тебя рожали для другого, то рано или поздно…

— Ты должен быть профессиональным лайф-коучем.

— Не дай бог, я с собой разобраться не могу.

— Какие лайфхаки, инструменты эффективности или продуктивности ты используешь?

— Да, есть, друзья. Это не будет советом, не дай бог, но у меня это работает. Мне тренер по боксу в свое время говорил, что в любом виде спорта надо не ссать и чуть-чуть согнуть колени.

— А согнуть колени в этой аллегории, это что такое?

— Встать в бойцовскую стойку.

— Быть готовым.

— Но ты не будешь готовым. Если бы к неприятностям можно было подготовится, их бы не назвали неприятностями, как-то по-другому называли. Нет, мне кажется надо настроиться, и чтобы не случилось, идти до конца. Все неудачи, которые я вспоминаю, они никаких дискомфортов мне не доставляют. Дискомфорт мне доставляет ситуация, где я побоялся еще шаг сделать и оставил ситуацию там, где она есть, и она живет со мной в голове и долбит мне мозг.

— У меня есть вопрос, мы к нему как раз подошли. Вспомню ситуацию, которая казалась тебе жуткой задницей, а сейчас ты смотришь и понимаешь, что это опыт и она тебе была нужна.

— Человека одного очень боялся потерять и делал все, чтоб его не потерять, а потом, когда все-таки потерял, мне показалось, что все, мир кончился и все процессы на него замкнуты. А сейчас понимаю, что чудесно, что он ушел, он дал пространство, чтоб появился другой человек, с другими идеями, и они не хуже и очень интересны.

— Это проблема, что уходят ключевые люди, особенно для начинающего предпринимателя. Нам действительно кажется, что если этот человек уйдет, то все порушится. Но при этом я неоднократно слышала от гостей нашего подкаста о том, что он уходит и приходит лучше.

— Но между этими двумя событиями есть пара месяцев, которые состоят из паники, самобичевания. Но в итоге любой бизнес – это команда, если бы не команда… я сейчас такую благодарность испытываю к своей команде, я не могу предложить им офигенных условий, но несмотря на это они поддерживают мою идею.

— Какая книга изменила тебя к лучшему, и ты рекомендуешь ее предпринимателям к прочтению?

Букварь. Учит правописанию. Потому что у наших предпринимателей с правописанием плохо. Ребята, научитесь говорить и писать грамотно. Очень полезная книга. Я не люблю читать, у меня нет книжки. Которую я бы дочитал до конца.

— Насколько ты против шерсти идешь и тебя это абсолютно не задевает. У нас так устроено, особенно в России, считается круто читать книги. Ты открыто об этом говоришь, типа блин отвалите, я не читаю. Где найти силы, волю и смелость вот так противостоять социуму или чему-то, что на тебя давить, и делать только то, что тебе хочется?

— Для этого не напрячься надо, а, наоборот, расслабиться. Все, что ты перечислила, это дополнительные силы нужны, чтобы читать, чтобы учить. Чтобы тебе прислушаться к себе, тебе, наоборот, расслабиться. Поэтому это самое простое занятие в мире. Понять, что ты не самый умный парень в комнате и успокоиться с этим.

— Супер, спасибо тебе, Алексей, большое, я с тобой прощаюсь и желаю тебе удачи.

Было очень круто

— Когда приеду в Москву, обязательно зайду в магазин. У меня в Сочи такого нет.  

Я настаиваю, чтобы это произошло. Пусть у тебя будет офигенный день у моря! Пока-пока!

Спасибо, пока! Друзья, у нас был просто потрясающий эфир, мы закончили. Вот такие эфиры нас драйвят, вот такие эфиры двигают нас дальше. После таких эфиров у нас поднимаются руки, и мы начинаем двигаться дальше. В детстве мама нашему сегодняшнему герою говорила: Леша, будешь плохо учиться, будешь работать на свалке. Институт он не закончил и теперь реально работает на свалке, правда на своей. Его сервис вывозит и реализует ненужные вещи. Алексей сам признался, что в его бизнесе маржа может быть больше, чем на наркотиках. Себестоимость условного килограмма вещей – 25 рублей. При этом после продажи за них можно выручить до 5-7 тысяч. За календарный год выручка Алексея составила 31 миллион рублей. Он считает, что нельзя оставлять себе 100% маржу, потому что тебя будут считать барыгой, а с другой стороны низкая маржа делает бизнес устойчивей. Когда вы выпускаете проект, не нужно ничего планировать, нужно ввязаться в драку и побеждать. Настолько это пересекается с моей собственной историей. Когда ребята запустили бизнес, уже через 10 дней у них полностью закончились деньги и склад на 350 квадратов был забит до крыши всяким барахлом. Команда начала экспериментировать, команда проводила барахолки и уже через три недели отбили все затраты. Два года Алесей работал на двух работах, совмещать было непросто. Днищенское дно днищенского дня, как он это назвал, был у него в мае 2018 года, и в этом нет ничего плохого, потому что именно в эти моменты вся шелуха перестает иметь значение. В момент выгорания Алексей советует просто выдернуть себя из существующей реальности, отстраниться от ситуации и пройти прогуляться. И на это вообще не нужны деньги.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!